Вяземский Петр
Андреевич
Вяземский Петр Андреевич (1792 - 1878) — князь, поэт и
критик. Родился в Москве 12 июля 1792 г. в богатой и родовитой семье, детство
провел в интеллигентной и образованной среде, с малых лет стал встречаться с
писателями и жить литературными интересами. Пройдя через руки целого ряда
иностранцев-гувернеров, был отдан в петербургский иезуитский пансион, где, по
его словам, нашел "просвещенных, внимательных и добросовестных наставников",
потом недолго был в пансионе при петербургском педагогическом институте.
Возвратясь в Москву, брал на дому уроки у университетских преподавателей.
Государственную службу начал в московской межевой канцелярии, потом перешел в
коллегию иностранных дел. В 1812 г. вступил в московское ополчение и состоял при
генерале Милорадовиче. Под Бородином отличился, вынеся из-под огня раненого
генерала. Оставив военную службу, он провел около трех лет в варшавской
канцелярии Н.Н. Новосильцева , в атмосфере либерализма и конституционных надежд,
ездил к Александру I с составленным Новосильцевым проектом русской конституции и
принял участие в составлении записки об освобождении крестьян, поданной
императору небольшим кружком либеральных деятелей (князь Меншиков, граф Воронцов
и др.). Молодой либерал попал под надзор полиции, а скоро и в немилость и должен
был оставить Варшаву.
Поселясь в Москве, он предался литературе. Писать стихи Вяземский начал еще в
детстве и в печати дебютировал в 1808 г. в "Вестнике Европы" "Посланием к * * *
в деревню". Он обратил на себя внимание "Посланием к Жуковскому", стихами на
смерть Кутузова и "Песнью на взятие Парижа", был одним из основателей и
деятельных участников литературного общества "Арзамас". Поэзия Вяземского
сводится к меткой и остроумной критике общественных и литературных нравов.
Таковы, например, "Русский Бог" (1827), "Да, как бы не так" (1822), "Семь
пятниц на неделе" (1826), "Станция" (1828), "Старое поколение" (1841). Вяземский
был связан личными дружескими отношениями с большей частью писателей,
принадлежавших к тому же высшему дворянскому слою общества Карамзин, Дмитриев,
Батюшков, Жуковский, Пушкин и Баратынский - его ближайшие друзья. Большее
значения имел Вяземский как критик, особенно в двадцатых годах. Выступив на
литературное поприще как новатор и в стане новаторов, Вяземский завязал борьбу
со старыми литературными традициями. Участие в литературной войне "Арзамаса" с
"Беседой любителей русского слова" выдвинуло Вяземского в первые ряды
молодой литературы. В то же время он напечатал критические статьи о
Державине и Озерове. "В этих статьях, - говорил Белинский, - Вяземский
является критиком в духе своего времени, но без всякого педантизма, судит
свободно, не как ученый, а как простой человек с умом, вкусом и образованием,
излагает свои мысли с увлекательным жаром и красноречием, изящным языком". В
этих статьях Вяземский поднялся над "духом времени", проявил историческую точку
зрения и был одним из истинных предшественников самого Белинского. Таким же
борцом за новые идеи явился Вяземский по отношению к молодому русскому
романтизму ("Разговор между издателем и классиком", предисловие к первому
изданию "Бахчисарайского фонтана" Пушкина, 1824). В качестве критика Вяземский
участвовал (1825 - 1828) в "Московском Телеграфе", где он, по его выражению,
"стоял на боевой стене, стрелял изо всех орудий, партизанил, наездничал". На
критику Вяземский смотрел как на науку. "Можно, - говорил он, - родиться поэтом,
оратором, но родиться критиком нельзя. Критика - наука, ее следует изучать. И у
диких народов есть своя песня и свое красноречие, но критических исследований у
них не найдешь. Кроме науки и многоязычного чтения, для критика нужен еще вкус.
Это свойство и врожденное, родовое, и благоприобретенное; вкус изощряется,
совершенствуется учением, сравнением, опытностью".
С 1830 г. до середины 40-х годов Вяземский занимался биографией Фонвизина
(отдельное издание 1848 г.). Гоголь писал об этой книге, что в ней "слышен в
одно и то же время политик, философ, тонкий оценщик и критик, положительный
государственный человек и даже опытный ведатель практической стороны жизни, -
словом, все те качества, которые должен заключать в себе глубокий историк в
значении высшем". Мечтая о серьезной общественной роли, Вяземский в тридцатых
годах возвратился к государственной службе, до которой был допущен ввиду его
старой либеральной репутации не без препятствий. Его мало удовлетворяла служба
по министерству финансов, которой пришлось ему заниматься сначала в качестве
чиновника департамента внешней торговли, потом его вице-директора, управляющего
заемным банком и, наконец, члена совета министра. В 1855 г. Вяземский был
назначен товарищем министра народного просвещения и занимал этот пост около трех
лет, заведуя, между прочим, делами печати. Хотя от прежнего его либерализма
давно ничего не осталось, однако теперь, повинуясь новым влияниям, Вяземский
вступался за литературу, доказывал, что "все многочисленные подозрительные и
слишком хитро обдуманные притеснения цензуры не служат к изменению в направлении
мыслей, понятий и сочувствий", и стоял за строгое урегулирование отношений
правительства к печати, для ограждения ее от произвола.
В 1858 г. Вяземский вышел в отставку и с тех пор жил больше за границей. 10
ноября 1878 г. он умер в Баден-Бадене. На своем долгом веку Вяземский не всегда
умел держаться "с веком наравне" и с конца тридцатых годов стал из новатора
ретроградом. Критическое отношение к Карамзину казалось ему общественной
опасностью. В 1836 г. он представил министру народного просвещения С.С. Уварову
доклад, в котором призывал к борьбе с "черной шайкой разрушителей". Расхождение
Вяземского с господствовавшими в обществе идеями все увеличивалось, и к концу
своего житейского и литературного пути старый писатель остался в стороне от
жизни. Писательство его приобрело случайный и отрывочный характер, утратило
былое единство и законченность. Но в пушкинскую эпоху Вяземский имел большое
прогрессивное значение в литературе, и его сочинения этого периода являются
необходимейшим материалом для ее изучения.
