К ПОРТРЕТУ КАРАМЗИНА

С твоим ли образом в душе и пред очами

        Не буду верен я тому,

        Что некогда своими ты устами

Передавал уму и сердцу моему!

Замолкнет ли в груди моей твой голос звучный

Вещаньем истины, добра и красоты,

        С которыми до гроба неразлучный,

Творил изящный мир нам в поученье ты!

Противники ль твои — Пигмеи дерзновенны

Введут рассудок мой, тобою озаренный,

В сей жалкий Лабиринт, где жалкий  гений их

        Блуждает ввек без нити благотворной,

                      Где в гордых замыслах своих

Они покорствуют лишь воле, непокорной

        Светильнику небесного огня,

Пылавшего в тебе, великий муж, до дня

                       Вещественной разлуки с нами. . . .

Нет! нет! наставленный и гением твоим,

И жизнию твоей, останусь верен им

        И мыслями, и в чувствах, и словами!